Как только ночь задернет шторы вновь,
Все затихает. На перрон вокзальный
В заветный час приходит поезд дальний
И в город возвращается любовь.

Она по старым адресам все бродит.
Горят все так же окна в темноте,
Но наши адреса давно не те.
И к телефонам все не те подходят
И трубку поднимают все не те.

Я дверь держал распахнутой судьбе,
Но приходили то беда, то ссоры.
Друзья бывали. Чаще были воры.
Я дом закрыл и отдал ключ тебе.

Чтоб ты явилась, каблучком стуча,
Чтоб ночь была, свеча и два бокала...
Но ты, как видно, ключ тот потеряла,
И не найти второго нам ключа.

Гений есть сосредоточение мысли в известном направлении.

Я ненавижу тот завод,
Где рельсы делает народ.
Пусть из бетона и металла,
А я плюю на эти шпалы!

Мой гнев не ведает границ –
Я презираю проводниц!
А вид скрещенных молотков
Меня вообще лишает слов.

Глядя на ихние составы,
Чешу на кулаке суставы.
Мне как мулета матадора
Зеленый глаз у семафора.

Ах, если б мог я бегать быстро –
Я удавил бы машиниста.
А если б слово кто сказал –
Я б разогнал ж/д вокзал!

Возненавидел так до гроба
Я всю железную дорогу.
А особливо – паровоз,
Что от меня тебя увез.

Гений есть сосредоточение мысли в известном направлении.

Вам билет докуда? Вот ваш билет,
Есть места отсюда. Оттуда — нет.
И грустит дорогой певец-акын:
Пассажиров много — маршрут один.

И луна на небе ватрушкою,
Пьем вино с весной-хохотушкою.
Первый раз вдвоем — тут до смеха ли?
За что пьем? За счастье. Поехали.

Щелкнет мышеловка для двух сердец -
Это остановка или конец?
И печальным слогом поет акын:
Остановок много — конец один.

Лето жаркое, вишней спелою
Губы алые. Что я делаю?
Вот разъезд, и поезд исчез в пыли.
Рельсы, шпалы... Ладно, проехали

И подметил тонко акын-певец:
Жизнь, как поезд только в один конец.
Машинист хохочет: А, ерунда!
Ездит он, как хочет: туда-сюда.

Ни слезы не будет, ни жалобы,
Лишь бы осень в путь провожала бы,
Лишь бы мне услышать твой смех вдали.
Вот и снег на крышах — приехали.

Гений есть сосредоточение мысли в известном направлении.

Еще один, последний такт
Скрипач сыграет и уйдет.
И, извинясь, официант
С улыбкой мне предъявит счет.
        Все, что хотел ты получить:
        Еду, вино и сигареты -
        За все приходится платить,
        Да если б только лишь монетой.
Я заплачу за все сполна,
За все, что выпил и что съел,
За то, что пьян был без вина,
За то, что жил, за то, что пел.
        В кармане мелочью звеня,
        По тишине ночной пройдусь.
        Туда, где ждут уже меня,
        Да я никак не соберусь.
И веселюсь в раю земном,
Покуда деньги есть еще.
И кто-то там, в краю ином
За все предъявит крупный счет.
        Я заплачу за все сполна,
        За все, что выпил и что съел,
        За то, что пьян был без вина,
        За то, что жил, за то, что пел.
В кармане мелочью звеня,
По тишине ночной пройдусь.
Туда, где ждут уже меня,
Да я никак не соберусь.

Гений есть сосредоточение мысли в известном направлении.

               Темнокрыла и легка
               Ночь накрыла облака.
               Белых рук твоих крыла
               Мне за плечи завела.

               Непривязанный к земле,
               Мой корабль летит во мгле.
               А на мачте черный стяг.
               Почему бы и не так?

               Берег спрятался во мрак.
               Только звезды да маяк
               Освещают с высоты
               Мной сожженные мосты.

               А в твоих глазах видна
               Золоченая луна.
               Ночь в глазах твоих нежна-
               Я гляжу,не вижу дна.

               Я шепчу,не слышу слов.
               Без тебя не вижу снов.
               Я кричу,и крик немой
               Тает чайкой за кормой.

               И все дальше от земли
               Наших судеб корабли.
               Только неба черный флаг
               И луны мятежной знак.

               Ночь пройдет,падет роса.
               Мы покинем небеса.
               Скроет утренний туман
               Птиц последний караван.

               Замыкает осень круг.
               Веет холодом разлук.
               Жизнь,прожитая не так,
               Поднимает белый флаг.

Гений есть сосредоточение мысли в известном направлении.

Цвет серый нынче в моде
Практичен и удобен
Не яркий и не маркий
Нейтральный серый цвет.
Из ткани серой платья
Спешите, надевайте
Костюмы доставайте
Ведь им износу нет.

Цвет черный – тоже ноский
Но как-то сильно броский
Невыгодно заметный
И очень режет глаз.
Но знает, кто стирает,
Что черное линяет
И серое победно
В свой цвет окрасит Вас.

А белый цвет прекрасен
Но тем он и опасен
Что слишком чистым выглядит
Среди других цветов.
Так в жизни не бывает
Вас лужа ожидает
И серым глазом пыль глядит
С плеч белых пиджаков.

Поэтому давайте
Цвет серый надевайте
Все пятна скроет он от глаз
Ему износа нет.
Под серостью мышиной
Найдем себе защиту
Недаром даже мозг у нас
Имеет серый цвет.

Гений есть сосредоточение мысли в известном направлении.

Задолбался летать буревестник,
Счет на вёдра пошел коньяку,
Плод любви нашей к авторской песне
Зреет ёжиком в правом боку.

        Рядом друг мой Борис –
        Русской речи изъян,
        У Бориса каприз:
        Он сегодня не пьян.

Убегаем в тайгу без оглядки,
Отхвативши от местных люлей,
Нас спасают сырые палатки
И тепло давно мытых людей.

        Как без Ленки Парис,
        Как без кнопки баян,
        Так без стопки Борис
        Почти сутки не пьян.

У костра с другом вспомнишь немало
Бывших жён, беспризорных детей,
Жизнь проходит, как дым от мангала,
А с мангалом и жить веселей.

        И невнятно Борис
        Говорит: Шоб налей! –
        Непонятный Нарцисс
        Среднерусских полей.

Тает птиц перелетная стая,
Верность женщин подобная ей,
Только крепкая дружба мужская
Альпинистской веревки прочней.

        Глядя в жуткую высь
        И хуйню говоря,
        Всё же друг мой Борис
        Воздух портит не зря!

Гений есть сосредоточение мысли в известном направлении.

Судьба седлает мне коня,
Стоит разлука у порога
Мы говорим друг другу: С Богом!,
А впереди лежит дорога
И дожидается меня.

И вновь с любимого лица
Глядят тревоги и печали.
Мы стольких слов недосказали...
Но вот такси внизу сигналит,
Разлука ждет нас у крыльца.

Жизнь скорым поездом летит
Без опозданий в пункт конечный
И за окном мелькают встречи,
А поезд мчит к разлуке вечной -
Конечной станции пути.

Нет, не боюсь разлуки я,
Я изучил потерь науку
Но только вот какая штука:
Там, у крыльца, стоит разлука
И дожидается меня...

Гений есть сосредоточение мысли в известном направлении.

I

На вкус вино распробовав едва ли,
Смешав с любительской портвейн,
Евгений выпил свой глинтвейн-
В глазах исчезли мысли и печали.

Прекрасен, как Садам Хусейн
Стоял он, вглядываясь в дали,
В желудок кильки уплывали
Златыми рыбками в бассейн.

Была активная весенняя пора,
Висела тупо полная луна.
На запах прибежали мусора

Не нимфа и не гей, а старшина
Отдал красавцу честь в кустах вчера,
Но поздно: чаша выпита до дна.

II

Но поздно: чаша выпита до дна,
Ушел трамвай, погас в окошке свет,
А Германа Равильича все нет
И немоциды требуют вина.

Был у страдальца маленький секрет:
У морга, где дежурная аптека,
Евгения, любя, как человека,
Аптекарша не знала слова нет.

Нет от любви Евгения вакцины
И вот на свет была извлечена
Бутылочка с бальзамом Ибн-Сины.

Вот так и мы, допив бокал до дна,
Согретые заботой медицины,
Уходим в мир, где царствует луна.

III

Уходим в мир, где царствует луна,
Царица ночи. Дуб же – царь растений.
Там ходит по цепи сомнамбула Евгений:
Направо, то налево, просто на

Там на ветвях предметом вожделений
Девица без бюстгальтера видна
Хвост рыбий – ей прокладка не нужна,
А только баунти - вкус райских наслаждений.

Не устоять тут даже и Петру
На лукоморском этом фестивале;
Кондомы тел без душ дрожат, как на ветру,

Но лишь брызнет струей рассвет едва ли,
Гондолы душ в тела вернутся поутру,
Как в гавань, из которой уплывали.

IV

Как в гавань, из которой уплывали
Уходят молодецкие года.
Евгений, ты лысеешь – не беда
Была б беда, когда б не наливали.

Была б беда – не водка, а вода,
Была б беда, когда бы не давали
Евгений, плюнь, крути свои педали
И плешью не верти туда-сюда.

А чтоб свернуть, не может быть и речи.
Примеров можно вспомнить до хрена-
Иных уж нет, иные уж далече

На финише с косой стоит одна,
Ты не забудь, спроси ее при встрече:
Реальность, явь – не тень ли ото сна?

V

Реальность, явь – не тень ли ото сна?
Спросил опохмелившийся Евгений
И я бы был не я, а чисто гений,
Коль не вкусил бы прелестей вина.

Средь грез и соловьиных песнопений
Я мог бы стать певцом твоим весна...
Увы, иная участь мне дана –
Служить кошмаром женских сновидений.

Пугать несчастных девушек в ночи
Словами, о которых не слыхали.
И больно им и мне, ну хоть кричи,

Но полно, полно! Нам ли быть в печали?
Не все ль дерьмо, за исключением мочи,
И жизнь, и смерть не стороны ль медали?

VI

И жизнь, и смерть не стороны ль медали?
И постоянен ль переменный ток? -
Зажав девицу в темный уголок
Евгений объяснял ей все детали

Глаза ее глядели в потолок
И губы лоб адепта целовали.
Она была высокой, генацвале!
Евгений был, как зверь такой, хорек.

Была она плечистой, как корнет,
Но руки до плечей не доставали.
И все твердил он, тычась ей в корсет:

И жизнь, и смерть не стороны ль медали?
Девица басом вдруг сказала: Нет!
Нет, сколько мы б о том не толковали!

VII

Нет, сколько мы б о том не толковали,
Нам замыслы Господни не понять,
Похмелье юности рассолом не унять,
Лекарства от осенней нет печали.

Но если регулярно потреблять
Портвейн Приморский, Ркацители, Цинандали,
Ты заживешь на сцене, а не в зале,
Тебя в ментовке станут узнавать.

Пропить колоратурное сопрано,
Забыть, как действует струна,
Ты не сумел, хоть и пытался рьяно.

Вино рекою смело пей до дна-
Не переполнить рекам океана.
Учений много – истина одна.

VIII

Учений много – истина одна.
Она с Евгением всю жизнь играет в прятки
Мерещится то в денежном достатке,
То в недостаточном количестве вина,

То убегает нафиг без оглядки,
Хмельной Евгений вскрикнул: Оба на!-
Очнулась мысль под черепом спьяна
Осенней мухой в гулком беспорядке.

Следя за ней, Евгений брови дыбил:
Что нам лекарство, то германцу яд .
Евгений грустно губы заулыбил:

Но истина в бокале, говорят.
Евгений, вспомнив это, тут же выпил,
Считая истиной свой отраженный взгляд.

IX

Считая истиной свой отраженный взгляд,
Евгений влез в зеркальную витрину,
Травмировав охранника и спину
И так уже четвертый раз подряд.

Как джентльмен, поддавшись спьяну сплину,
Лицом шокируя калашный ряд,
Стоял он средь пластмассовых наяд,
Напоминая Босхову картину.

Родная речь неслась со всех сторон
И на потоки грубых оскорблений
Ответом был красноречивый стон.

Осуществив одно из намерений,
Теперь хоть в чем-то не нуждался он,
Взяв в абсолют одно из измерений.

X

Взяв в абсолют одно из измерений,
Евгений все в поллитры перевел.
Так он палитра слово изобрел,
Забыв первоначальный смысл значений.

Однажды он в аттракцион забрел:
Душа просила острых ощущений.
И за поллитру взял билет Евгений,
И на коня уселся, как орел.

Скрипела карусель, вращаясь страшно,
Евгений был движению не рад,
Но продолжал сидеть верхом отважно.

Так раз за разом сто веков подряд
Мы движемся по кругу и неважно,
Стремимся мы вперед или назад.

XI

Стремимся мы вперед или назад?-
спросил Евгений как-то у мормона.
Тот дал детдомовцу за это макароны.
Евгений знал, что в этих случаях хотят.

Ты пидарас?- спросил; в ответ: Мадонна?
И понял тут Евгений, что попал:
Мужик – Мадонна! Блин! Бисексуал!
И чухнул прочь, забравши макароны.

Айда в Америку, мой дикий русский друг!
Пошел ты на!- подумал зло Евгений,-
Мне лучше здесь, среди проверенных подруг.

Все относительно, игра воображений
И, в том числе, какого пола друг,
Зависит целиком от точек зрений.

XII

Зависит целиком от точек зрений,
Где расположен центропуп Земли.
Глаза заплыли, щеки отекли-
До будуна пупом был он, Евгений.

Его к работе этой привлекли
Любители нетрезвых ощущений,
А отвлекли путем теловращений
Любимого ОМОНа патрули.

Так, находясь за пазухой у Бога,
Там где нас нет, рисуем райский сад,
Стремяся прочь от отчего порога,

И понимаем, лишь взглянув назад,
Что не туда нас завела дорога,
И стелим светлый путь в кромешный ад.

XIII

И стелим светлый путь в кромешный ад,
В потешный рай бросаем битое стекло.
Тебя как в детский садик занесло,
Зачем качель расшатываешь гад?

А может быть, ты всем смертям назло
Затеял время повернуть назад?
Вздымаешь в небо свой костистый зад,
Но крыльев нету – детство унесло.

И пробочку пивную не откусим,
И не загнем хмельных стихотворений,
Зря торопились – старость не пропустим

Слезай с качелей, постум мой, Евгений!
Помянем детство коньячком души, потом закусим
Булыжничками лучших намерений.

XIV

Булыжничками лучших намерений
Был потчеван герой наш не напрасно.
Залитый водкой, глаз во тьме светился красно-
На терминатора похожим стал Евгений.

Воскликнув It is terrible! (Ужасно!),
Он бросил пить в одно из воскресений.
Шел третий час нечеловеческих мучений,
Но со стихиею боролся он напрасно:

Прорвав плотину, хлынула река,
И не сдержала тремора рука,
И ноги будто побежали

Под свист петард, в трусах и одеяле
Опустошил запас ближайшего ларька,
На вкус вино распробовав едва ли.

XV

На вкус вино распробовав едва ли,
Но поздно- чаша выпита до дна.
Уходим в мир, где царствует луна,
Как в гавань, из которой уплывали.

Реальность явь – не тень ли ото сна?
И жизнь, и смерть – не стороны ль медали?
Нет, сколько б мы не толковали-
Учений много, истина одна.

Считая истиной свой отраженный взгляд,
Взяв в абсолют одно из измерений,
Стремимся мы вперед или назад

Зависит целиком от точек зрений.
И стелим светлый путь в кромешный ад
Булыжниками лучших намерений

Гений есть сосредоточение мысли в известном направлении.

    Человек предполагает,
    Что судьбу себе слагает,
    И с Всевышним спорит зря:
    Не та личность у руля.
    Ничего и ни с чего
    Не бывает у него.
    Скажем, в отпуск вы собрались,
    А выходит - зря старались.
    Остаетесь - вот беда -
    Вы в Москве и навсегда.
    И не бойтесь сгоряча
    Вы шального кирпича:
    Им вам в голову не врежут,
    Вашу голову отрежут.
    В общем, смерть под кирпичом
    Не грозит вам ни почем.
                
               И встревожен человек,
               Ибо сложен его век.

    Человек в потемках рыщет:
    Правду жизни в жизни ищет.
    А постигнув жизнь вполне,
    Ищет истину в вине.
    Царство истины внутри-
    Не скажи врачу, смотри!
    Те, кто скорбны головой,
    Это знают. Боже мой,

               Как безумен человек,
               Как бездумен его век!

     Человек так полагает,
     Что судьбу себе слагает.
     И летит, как мотылек,
     На коварный огонек.
     Человек предполагает.
     Тот же, кто располагает,
     Лишь смеется над людьми.
     Прямо скажем, черт возьми!

              И летален человек,
              И фатален его век!

Гений есть сосредоточение мысли в известном направлении.

В белом плаще с кровавым подбоем
Понтий Пилат. Золотое копье.
Близится туча, пришедшая с моря,
И над Голгофой кружит воронье.

Вы, прокуратор, опутаны ложью,
Раб ваш доносчик, а друг - фарисей.
Вас тянет в Рим, но в Риме все то же,
Хоть, безусловно, мираж там милей.

Истина в том, что сейчас очень жарко,
И голова нестерпимо болит,
и утешение — ваша овчарка,
и наказанье пред вами стоит.

Вас раздражает философ упрямый.
Кентурион, объясните ему,
Что наша жизнь нынче кнут,завтра - пряник.
Пряники реже, увы, чаще кнут.

Что же он делает, этот несчастный...
Эй, за зубами язык придержи!
Инакомыслящий вора опасней
В мире, где правда опаснее лжи.

В общем, он прав, несомненно, но в общем.
В частном ошибся, чего там таить.
Нам сперва ближнего надо прикончить,
Чтобы, покаясь, затем возлюбить.

Первое сделано. Руки умыты.
Вот уже крестятся, локти грызут.
Боже, не верь! Лживы наши молитвы,
Не воскресай: тебя снова убьют.

Гений есть сосредоточение мысли в известном направлении.

Хватит болтать о высокой идее,
Чтоб оправдать неустройство свое.
Самый толковый народ в Иудее
Те, кто за деньги способен на все.

Так уж устроен мир под луною,
Тут ничего непродажного нет.
Сами судите, кто чего стоит,
Если ваш Бог стоит тридцать монет.

Все продается, деньги бы были.
Слепыми станцуем, немыми споем!
Жизнь не прощает вопрос или-или.
Нас покупают - мы продаем!

Гений есть сосредоточение мысли в известном направлении.

Не на балет классический,
Не в цирк, где звери-львы,
А на сеанс магический
Собралось пол-Москвы.

Ах, знал бы Степа, во что влез,
С кем подписал контракт,
Но вот уж поднят занавес –
Закончился антракт.

(Появляется Воланд со свитой)

Воланд:  Да, сильно изменил Москву
        Технический прогресс.
        Мне ж важно знать по существу,
        Как внутренний процесс.

        Но публика скучает –
        Уж долго я болтал.
        Так пусть она сыграет,
        А сценой будет зал!

(Фагот показывает фокусы, идет денежный дождь)

Публика: Червонцы опускаются –
        Хватило бы на всех,
        Халява не карается,
        А денежки – не грех!

        Чье сердце не заерзает
        От слабости мирской?
        И прыгает, и ползает
        В проходе род людской!

        Как червячки в аквариум,
        Червонцы, вашу мать!
        И голову от этих сумм
        Так просто потерять...

(На свою голову вмешивается с просьбой разоблачения конферансье)

Фагот:  Нам портит праздник дуралей –
        Как говорите, ась?
        Идея! Делай! Эйн! Цвей! Дрей!
        Ну вот – оторвалась.

(Публика просит простить конферансье)

Воланд: К деньгам людей усердие
        Как раньше, так теперь...
        Ну что ж, и милосердие
        Стучится в эту дверь!

        Москву так изменили
        Науки чудеса...
        А москвичи кем были,
        Тем и осталиса.
        Верните голову!

Фагот:  Назад башку поставили,
        Червончик на бензин.
        Надоедалу сплавили –
        Откроем магазин!

Гелла:  Товар извольте получить
        Французский задарма.

Публика: Нам лишь бы деньги не платить,
                А там хоть из дерьма!

Народ в волненьи тянется
К кальсонам от кутюр,
Народ опять останется
Без платьев и купюр.

Хватило б лишь бумаги – и
Проблема решена:
В сеансе черной магии
Родимая страна!

Кот:     Маэстро! Урежьте марш!!!

Оркестр: Его превосходительство
        Любил домашних птиц
        И брал под покровительство
        Хорошеньких девиц.

        Жилося ему квасово,
        Вольготно на Руси,
        Когда б не битва классова,
        Большое ей мерси!

        Теперь оно работает
        Водителем такси
        И по-французски ботает,
        И мать его еси!

Гений есть сосредоточение мысли в известном направлении.

      Как, скажите, уйти от судьбы,
      Если свет Вефлиемской звезды
      Вам строку на бумагу кладет
      И диктует всю ночь напролет?
  
         Ночь в канун воскресенья длинна,
         Такова искупленья цена.
         Тыща лун за когда-то одну -
         Прокуратор глядит на луну.

      Как, скажите, уйти от любви,
      От пьянящего тока крови,
      В миг, когда он ее увидал,
      Ту, которую век ожидал?

          И на красную лужу вина
          Неподкупная светит луна.
          Прокуратор глядит на луну,
          И бессмертно, и зябко ему.

      Как, скажите, уйти от креста?
      Стала память больна и пуста;
      И за окнами черен туман,
      И в печи догорает роман.

          И на мраморе кровью видна
          Проступившая лужа вина.
          И судья постигает вину,
          И казненный скорбит по нему.

Гений есть сосредоточение мысли в известном направлении.

      Ожиданием жива
      Вдруг душа проснется ваша.
      Вы не смейтесь над Наташей -
      Эта ведьмочка права.

            И предчувствием полна
            Неизвестности навстречу
            Вы пойдете. Ждут вас вечер,
            Полночь, магия, луна.

      Богом нам душа дана,
      Свет, любовь и постоянство.
      Ну а дьяволом пространство,
      Полночь, мистика, луна.

            Захмелеет голова,
            Невесомым станет тело.
            Милый, милый Азазелло!
            Полночь, магия, Москва.

      И предчувствиям верна
      Изменяется реальность:
      Полдень, дамочка, банальность.
      Королева. Ночь. Луна.

Гений есть сосредоточение мысли в известном направлении.

      Дорогие гости, у соседей горе,
      У соседей горе, вам говорят.
      Кто-то сообщил в ЧК о Никаноре,
      Что хранит валюту дома гад.
      
      Для чего вам, граждане, валюта?
      Без валюты веселее жить.
      Чтоб в мозгах не заводилась смута,
      Надо все отнять и поделить.

      Офицеры предлагают браво
      Провести на нарах вам ночлег.
      Кстати, шаг налево, как и шаг направо,
      Здесь воспринимают как побег.

      Дорогие гости, все сдаем валюту!
      Сдать валюту, вам говорят!!
      Кто не сдаст валюту,
      Будь он сам Малюта -
      В ГПУ на всех есть компромат.

Гений есть сосредоточение мысли в известном направлении.

    Май на Тверской. Над безликим портретом партийца
    Синей глазурью Господь небеса покрывал.
    А в переулке ждала нас любовь, как убийца,
    Сразу под сердце обоих сразив наповал.
    
    Что вам число? Недействительна с датой бумага.
    Адрес - секрет, ну а имя...Зачем вам оно?
    И от любви до безумия было два шага,
    Как до сирени, дышащей весною в окно.

    И на вселенском ветру, средь космической пыли,
    Встретились мы в этом хаосе судеб Земли
    Лишь потому, что друг друга всю жизнь и любили.
    Страшно подумать, а ведь разминуться могли.

    Времени нет, это просто Фаготовы штуки.
    Скажете, верно, что я сумасшедший. Пусть так.
    Что вам число? Ах мой друг, чисел нет у разлуки.
    Перед любовью и вечность всего лишь пустяк.
    
    И соловьиные трели в оконце летели,
    И выстилала дорожку ей липа в саду.
    Видно клялись мы не так, не туда, знать, глядели,
    Коль за окном разглядеть не сумели беду.
  
    И от любви до безумия вышло два шага-
    Кровь и любовь. Значит, третьего нам не дано.
    Что вам число? Недействительна с датой бумага.
    Адреса нет, ну а имя... Зачем мне оно?

Гений есть сосредоточение мысли в известном направлении.

Бал изумителен, ах, Маргарита,
Вами восхищены.
И сам Хозяин, и вся его свита
Просто поражены.
Вы, Маргарита, прекрасны,
Но где же в глазах запал?
Вы думаете о Мастере -
Я правильно угадал?

Где ваш неудачник-гений -
Мертвый он или живой?
А вдруг волна невезений
Накрыла его с головой?
Да жив он, что с ним случится.
Смотрит в окно сейчас.
Ему при луне не спится,
Думает он о вас.

Ах, Маргарита, не говорите -
Муж ваш отнюдь не плох,
Да и любой, коль вы захотите,
Будет у ваших ног.
Но смотрите вы бесстрастно
Сквозь восхищенный зал.
Вы думаете о Мастере -
Я правильно угадал?

Ох, долго ему еще маяться
За свой злополучный роман.
Но он, похоже, не кается,
И эти слова не обман.
Сейчас он в больничной палате
Заснул, к стене прислонясь.
Но, как вы и полагаете,
Видит во сне он вас.

Ах, Маргарита! нынче в кредите
Ваш кавалер, сам Черт!
Всё, что хотите - смело просите:
Будет все первый сорт.
На вас взирает ласково
Тот, кто правит бал.
Вы просите о Мастере...
Я правильно угадал.

Гений есть сосредоточение мысли в известном направлении.

      С фамилией Кац иностранной
      Писатель-сосед жил тут странный.
      Но в штатском два капитана
      Пришли, и пропал сосед.
      И Аннушка причитала:
     Срок сдач Беломорканала
      Сорвется - у маргинала
      Рабочей смекалки нет!

      Сосед Иванов писал оперу,
      Но оперу было по покеру.
      Ведь будь Иванов тот опером,
      То б опер писал в две руки!
      Забрали его полезного,
      Назвали его болезного,
      Практически необрезанного,
      Троцкистом, и на Соловки.

      А я никого не трогаю,
      Чиню эту вещь убогую.
      Вы шли бы своей дорогою -
      Артист я, а не бандит.
      За что ж вы кота несчастного,
      К политике непричастного,
      Без примуса неопасного
      На польта в рабочий кредит?!

Гений есть сосредоточение мысли в известном направлении.

      О как грустна вечерняя земля!
      Приходит ночь, уходят прочь обманы.
      Растаяв, как весенние туманы,
      Уходит день, бубенчиком звеня.
      
      И мчатся кони, звездный путь пыля.
      Ночь настигает и срывает маски.
      Блестит река, внизу густеют краски.
      Как ты грустна, вечерняя земля!

      В прощальной мгле печальные поля
      Уходят вдаль - нас ждут поля иные.
      Душе уставшей не до ностальгии.
      Но как грустна вечерняя земля!

Гений есть сосредоточение мысли в известном направлении.

В глазах прищур от папирос,
Взгляд устремлен, в какие дали?
Не столько, как сюда попали,
Как уцелели – вот вопрос.

В тот небывало жаркий май
Закатно плавилось светило,
И масло Аннушка купила,
И вез трудящихся трамвай...

Под вашей дверью до утра
Какой-то швондер в щелку дышит.
И поутру статью напишет
Такой же швондер от пера.

К утру - сгоревшая свеча,
К утру – синдромы болевые,
И зреют яйца роковые
В сознаньи влажном стукача.

Мольер, он тоже прозябал...
Шаги по лестнице все ближе.
И вы в Москве, а не в Париже,
И здесь другие правят бал.

Уже летит к концу роман,
И кони мчатся над Москвою.
Туда, где ждут вас дом с рекою
И пахнет вечностью туман.

Гений есть сосредоточение мысли в известном направлении.

Луна качалась, как фонарь
У пьяного трактира.
Любви сопутствовал январь
Ключами от квартиры.
        У батареи под окном,
        Стараясь пить красиво,
        Мы грелись импортным вином
        Одесского разлива.
Хрипел магнитофон Дніпро
Зеленоглазым зверем,
Вы были Мерилин Монро,
Я был Хемингуэем.
        Звонил весь вечер телефон,
        И мы не отвечали.
        И то, что все пройдет, как сон,
        Тогда еще не знали.
Потом меж шторами в окно
Всю ночь луна светила
На иностранное вино
И джинсы фирмы Рила.
        И был не в силах небосвод
        От страсти уберечь нас...
        Который час был, месяц, год?
        По-видимому, вечность

Гений есть сосредоточение мысли в известном направлении.

Телефон. Алло. Привет.
Это я. Начало в восемь.
Я достал билеты в осень,
Контрамарку в двадцать лет.
        Хлопотал сентябрь не зря
        Парикмахером над сливой -
        Выпал мне билет счастливый
        На двоих, до декабря.
Осень — пьяное вино,
Осень — поздние прощанья,
Осень — с юностью свиданья
В полвосьмого у кино.
        И хоть красками пиши:
        Небо — холст, окно, как рама,
        Желтый лист — флюорограмма
        Состояния души.
Осень — взрослое кино.
И пора бы нам признаться:
Мне давно уже шестнадцать
И вы замужем давно.
        Вот на осень наш билет,
        От разлук не уцелевший,
        Словно паспорт пожелтевший,
        Вечный пропуск в двадцать лет.

Гений есть сосредоточение мысли в известном направлении.

Вот вам, барышни, картина:
На полу стоит мужчина
Сорока неполных лет.
И, кстати, денег тоже нет.
        Неприветливый, смурной,
        С плохо гнущейся спиной,
        Но в поэзии расцвет
        Наступает в сорок лет.
Он сторонится людей,
Узок круг его друзей:
Средь них ни хама, ни урода -
Вот как далек он от народа!
        А кто сплочен, как серп и молот,
        Тем нипочем духовный голод
        Но, как лопаты черенок,
        Он в этом смысле одинок.
Не слыхал глупей совета -
Выйти замуж за поэта.
Вот вам мой автопортрет:
Года висят, а счастья нет!

Гений есть сосредоточение мысли в известном направлении.

В городском саду весеннем
В час вечернего цветенья
Я увидел вас под сенью
И не смог сдержать себя.
        Там вы сидя отдыхали,
        Интенсивно так вздыхали
        И рукою мне махали,
        На скамеечке сидя.
И впадая в умиленье
От подобного виденья,
Ощутив в груди волненье,
Я сказал тогда: Мадам,
        Начал разум мой двоиться -
        Тело к осени стремится,
        Се ля ви, как говорится,
        А в душе - шерше ля фам!
А потом просил вас слезно:
Не проспите час свой звездный.
Я уйду, и будет поздно -
Не воротите любви.
        И пусть путь земной мой краток,
        Сорок лет - еще задаток.
        Ну а вы второй десяток
        Разменяли, черт возьми!
Вы понравились мне сразу.
Сжали горло метастазы,
Захотелось так экстазу,
Что лицом я стал красней...
        Тут в ответ вы мне сказали,
        Что другого сидя ждали
        И не мне рукой махали,
        А гоняли комарей.

Гений есть сосредоточение мысли в известном направлении.