Полночным таинством и грустью
Наполнен ритм гитарных струн,
В безмолвии к речному устью
Летит, спешит коней табун.
В сто тысяч лунных нитей гривы
Вливаются в степной ковыль,
Их серебро не для наживы
И станет звездной эта пыль.
Их мягко примет бархат ночи,
Глазами в небе не найти
Табун, летящий что есть мочи,
Лишь пыль по Млечному пути.

1987

Гений есть сосредоточение мысли в известном направлении.

Нас сблизило море на горе, -
Твой голос печален и тих,
Не ссоримся, даже не спорим,
Но счастье - короткий миг,
Не станет сопутствовать вечно,
Уйдет, бросив грустный взгляд.
Так поезд, случайно встреченный,
Проносит вагонов рад.
Нас радует солнца лучик
И радуги полукруг,
Спасибо тебе, мой случай,
За встречу с тобой, мой друг.

1981

Гений есть сосредоточение мысли в известном направлении.

Колеса версту за верстой,
Наматывают расстоянье,
И месяц венчает шестой
Аккорд моего состоянья.

        А за окном, степь,
        Над головой - зной,
        И хочешь не верь, а сможешь пойми
        Грустно до слез.

Пол года степей на плечах
Держу не сгибая коленей,
А где-то там, в белых ночах,
По вторникам - песнопенье,

        А здесь за окном, степь,
        Над головой - зной,
        И хочешь не верь, а сможешь пойми
        Грустно до слез.

Но тропами блудных сынов,
Потянемся мы к Ленинграду,
И сбудется лучший из снов
На станции Петроградской,

        И будет светлей ночь,
        Над головой - дождь,
        И хочешь не верь, а сможешь пойми
        Грустно и все.

Гений есть сосредоточение мысли в известном направлении.

Я тебе покажу, что такое аул,
Ты увидишь в близи, как растет саксаул,
И звенящий, полуденный зной
Ты услышишь поехав со мной.

        Не пугай ты меня, не пугай,
        Не зови за собой в Тартугай,
        Не мани ты меня, не мани,
        Обмани меня здесь, обмани.

Я избавлю тебя от случайных простуд,
Где верблюды на воле колючки жуют,
Про далекий, домашний уют
Нам барханы протяжно споют.

        Не ругай ты меня, не ругай,
        Не хочу я в степной Тартугай,
        Не дави на меня, не дави,
        Не зови за собой, не зови.

Там цепочки следов пробегающих лис,
Там ты сможешь попробовать свежий кумыс,
И узнаешь ты цену воде,
А друзья не оставят в беде.

        Не слагай ты стихи, не слагай,
        Не заманишь меня в Тортугай,
        Не романтикой, не калачом,
        Не причем я, дружок, не причем.

Гений есть сосредоточение мысли в известном направлении.

Рыба-камбала, я тебя не трону,
Помоги постичь мудрость глубины.
Не неси наверх царскую корону,
Подними со дна боль чужой вины.

Горстку янтаря выплеснуло море,
Разметав у ног прядь седой волны.
Вязнет на губах горечь аллегорий,
Дум тяжелых жар: мы и впрямь больны...

Рыба-камбала, что ж это такое?
В море тишь да гладь, шум на берегу.
Не ищу себе сытого покоя,
Но и псевдошторм видеть не могу.

Заблужусь в кустах спелой ежевики,
Жажду утолю, душу распахну.
Стану, как и ты, от природы диким,
Следом за тобой я пойду ко дну.

1989

Гений есть сосредоточение мысли в известном направлении.

                Памяти Ю.Даниеля

Я не прошел таможенный досмотр,
Улыбчивый сержант сказал сердито,
Чтоб я проследовал за ним по коридору,
А сам шел сзади, словно вел бандита.

Я бросил взгляд в окно, там без меня,
Мой самолет катился по рулежке,
Встал на дыбы, с горячностью коня,
И взмыл к мечте, убрав шасси- сережки.

Потом меня раздели до нога,
В белье копались, потрошили книги,
И ненависть на лютого врага
Была канвой продуманной интриги.

Черновики, потребовал майор,
Вспотевшая ладонь сжимает воздух,
Я тающий, ядренный Беломор
Дает сержанту пять минут на отдых.

Потом майор с упорством мясника
Пудовым кулаком крошил крамолу,
Не торопясь долбил, наверняка,
Бунтовщика размазывал по полу.

И всякий раз, почувствовав удар
Я ощущал: Материя - первична
Но, а когда сознания терял,
Сержант водой окатывал привычно.

Пройдут года, наматывая срок,
На пенсии давно майор тот грубый,
А мне про демократию урок,
Напомнят металлические зубы.

Гений есть сосредоточение мысли в известном направлении.

Поет походная труба...
Шипит привычная глазунья,
Шинель надежна и груба,
Долой тяжелые раздумья,

Состав тихонько отойдет,
И семафор мигнет зеленым,
Нас впереди работа ждет.
Кого-то Дон, а мне до Клена.

Где прокусив лесной массив
Зловеще скалятся ракеты,
И разрешенья не спросив
Стоят бетонные скелеты.

Здесь где зачтут за полтора,
Но каждый день, как две недели.
Привыкнуть вроде бы пора
А мы к несчастью не сумели.

Чеканят дни, как на платцу,
Сплошною, серою колонной,
Солдату слезы не к лицу,
А мы, представьте, и не склонны.

И за спиной горят мосты,
И не вернуть, и не вернется,
Глаза бездумны и чисты
И в них сам черт не разберется.

Настало время восклицать,
Но далеко не восхищаться,
Факт не возможно отрицать,
Пора, товарищи прощаться,

Зовет походная труба,
И семафор опять зеленый.
Шинель надежна и груба,
А взгляд по детски удивленный
Лишь по детски удивленный.

Гений есть сосредоточение мысли в известном направлении.

                Выросшим на Байконуре посвящается

Байконурская степь, штрих-пунктир проводов,
Впилась в небо занозой ракета.
Байконурская степь без цветущих садов
Вся во власти палящего лета.

Выцветают глаза и седеют виски,
Жизнь не балует здесь и не холит.
Взвесь все против и за
И уехать рискни,
Оставаться никто не неволит.

Байконурская степь - чуткий поиск антенн,
Ожиданием скомканы нервы.
Байконурская степь навсегда рядом с тем,
Кто поехали вымолвил первым.

Байконурская степь - колыбель мне и дом,
Что впервые - все здесь и до гроба.
Породнились с тобой, мой земной космодром.
Мы, как братья, ровесники оба.

Гений есть сосредоточение мысли в известном направлении.

Не скупись на ласки, не скупись,
Отболит, Развеется печаль,
Улыбнись родная, улыбнись
Обещай не плакать, обещай.

Хмурый, неприветливый рассвет
Пригоршню слез швырнет в стекло
И срывая голос на фальцет
Ветер завывает за окном.

Расставаний счет, с большим нулем,
Вычтет осень, и прибавит снег,
Это хорошо, что мы поем,
Это нечего, что не для всех.

Гений есть сосредоточение мысли в известном направлении.

                Посвящается Михаилу Трегеру

Слышишь там, за спиной, отвяжись, говорю.
Не валяйся в ногах - ни к чему.
Если хочешь, пристрою тебя к фонарю,
Ну а мне очень нужно побыть одному.

        Чтоб идти налегке,
        Без друзей и врагов,
        Где-то там, вдалеке
        Не забот, не долгов,
        Отыщу островок,
        Без единой души,
        Хочешь пой, хочешь пей,
        Хочешь песню пиши.

Но плетется за мной мой сутулый двойник,
И клянется в любви неуклюжий чудак
И, признаться боюсь, до чего же привык
Рядом с собственной тенью шагать просто так.

        Напивать менуэт...
        Рисовать силуэт...
        За чертой городской
        Пропадать день-деньской.

Злою шутку сыграет со мной небосклон,
Бросив тень на дорогу вперед головой,
И какое мне дело, что это закон
Задыхаясь кричу, погоди, дорогой.

        Я ведь так одинок,
        Мой прекрасный чудак,
        Как ты мог, как ты мог
        Взять, уйти просто так.

Ах, как часто мы счастье считаем за тень,
Снисходительно треплем лежащих у ног,
А когда наступает безрадостный день,
Повторяем вопрос: Как ты мог? Как ты мог?

        И иду налегке
        С сумасшедшей мечтой,
        Где-то там, вдалеке
        За неясной чертой,
        Отыщу тот фонарь,
        Тень, скажу, извини,
        А в ответ за углом
        Лишь трамвай прозвенит.

Гений есть сосредоточение мысли в известном направлении.

За гряду Уральских гор,
Ближе к морю Карскому,
Был я выслан, словно вор,
По указу царскому.

Расхититель, конокрад,
Стал добычей злого гнуса.
На всем теле только зад
Без единого укуса.

Что мне тундра вся в цветах,
Что мне прелесть дней Полярных?
Здесь почти не видно птах
И артистов популярных.

А в бессонные часы,
Как советник титулярный,
Я бросаю на весы
Горький дар эпистолярный.

Отлученный от щедрот,
Я, как многие, в опале,
Житель северных широт
Я пропал. Мы все пропали.

Гений есть сосредоточение мысли в известном направлении.

Так хотелось праздника,
Фейерверка, шалостей,
Кубарем по осени
С летних этажей,
Захлебнуться нежностью,
Задохнуться жалостью,
Насладится красками
Ярких миражей.

Так хотелось искренним,
Проливным желанием
Затопить все пристани
Грусти кораблю
Взмыть почтовым голубем,
Пламенным посланием
Донести заветное
Я тебя люблю!

Но блестят колючие,
И глядят насмешливо
Буднично - пугливые
Карие глаза.
Праздник не получится,
Отвечают вежливо,
Праздник отменяется,
Повторят без зла.

И взлетает голубь мой
Птицей неприкаянной,
И зовет, и крыльями
Бьется об стекло
Да видать не слышен был,
Крик души отчаянный,
А стекло узорами
Льда заволокло.

Да видать не слышен был,
Крик души отчаянный,
А стекло узорами
Льда заволокло.

А так хотелось праздника,
кубарем, по осени.

Гений есть сосредоточение мысли в известном направлении.

Дорогие мои кредиторы,
Поудобней садитесь к столу.
Гаснет день, занавешены шторы,
Теплый вечер взъерошил золу.
Сколько должен кому, подсчитайте,
Не браните за то, что не смог...
Музыканты негромко сыграйте,
Что звучало меж песенных строк.

Дорогие мои кредиторы,
Я люблю вас, и я ваш должник.
Отдаю вам на откуп просторы,
Языка леденящий родник.
Степь дарю, без конца и без края,
Пенный след за бортом корабля...
И пускай музыканты играют
Без привычного хруста рубля.

Завещаю вам взлет и посадку,
Электричку, Вуоксу и Бор.
И Чимгана сырую палатку
И гитары моей разговор
Книги - дочери, книги не троньте,
Остальное пойдет с молотка...
Дорогие мои, не пижоньте,
Жизнь, по-прежнему, так коротка.

17 марта 1989,
Тартугай - Кзыл-Орда

Гений есть сосредоточение мысли в известном направлении.

Когда умирают дома
И рушатся старые стены,
Меняется стиль непременно
От крыши до стекол окна.

Когда умирают дома,
В беззубых провалах подъездов
Глухим отголоском партсъездов
Бумажные злятся шторма.

А если не хватит ума -
Заменят фасад на орнамент,
Оставив прогнивший фундамент,
И вновь умирают дома.

1988

Гений есть сосредоточение мысли в известном направлении.

Исцели меня, мой исполин,
Напои прохладой Белой ночи,
Отведи судьбу, что одиночит,
Ты же видишь, я совсем один.

Устаю от сутолоки дня,
Раздражает бабья перебранка,
Даже несравненная Фонтанка
Перестала радовать меня.

Погаси вечерние огни
И в мерцаньи знаков Зодиака
Ты и я, бездомная собака,
Хоть на час останемся одни.

Не бросай трамвайные звонки,
Пусть утихнет гул твоей утробы,
Только тополиные сугробы
Будут мчатся наперегонки.

Гений есть сосредоточение мысли в известном направлении.

На стекле то ли дождь, то ли слёзы.
А в душе - исключительно осень!
И листаю июньскую прозу -
Хоть банален сюжет, а не бросить.

Заметёт тополиной порошей.
И девчёночки в кружевах бальных...
Был недавно я самый хороший,
А сегодня, как видно, опальный...

Пр.

Стала осень мне точкой отсчёта
И последнею будет, наверно.
Жёлтый лист завершит круг почета
И опустится около сквера.

То ли песня звучит, то ли месса,
Неудачи сменяет везенье -
Вот и сыграна странная пьеса
Между вторником и воскресеньем...

Пр.

Будет облачно - и не случайно...
Словно приступ внезапного гнева,
Впыхнет солнце кольцом обручальным...
До свиданья, моя королева!

Нет ни боли, ни горьких сомнений -
Звон серебряный, а не кандальный.
Расставанием без объяснений
Мне останется привкус миндальный...

Пр.

1991

Гений есть сосредоточение мысли в известном направлении.

Сотни раз величайшие реки покроют длину,
Много дней будет странствовать новый ковчег.
Я узнаю тебя непременно, как только взгляну.
Это будет декабрь... Мокрый тающий снег...

Это будет период расцвета блестящих умов,
Торжества доброты, воплощенья мечты...
Не изменятся лишь очертания сфинксов и львов
И чуть-чуть переменишься к лучшему ты...

Мне до боли знаком этот лёгкий наклон головы,
Взмах ресниц и немного рассеянный взгляд.
Через тысячи лет повторением Первой Главы
Мы опять совершим ритуальный обряд.

Мы закружимся в вихре снежинок и радостных слов
И взахлёб будем лгать, окунувшись в зрачки...
И повеет печалью из давних несбывшихся снов...
...Но об этом в июне расскажут сверчки...

1991

Гений есть сосредоточение мысли в известном направлении.

В полуночном бреду затяжного похмелья
Ставлю жирные точки над буквами i
И куда-то бегу от ночного веселья,
Пустоту заключая в объятья свои.

Мне давно синий зонт стал единственной крышей,
И о чём-то сигналят морзянкой дожди,
Но - зови-не-зови - всё равно не услышать
Даже сердце, и то мне грохочет:Не жди!

Я опять уезжаю. Случайный попутчик
Разольёт по стаканам забвенья глоток...
И внезапно прорвавшийся солнечный лучик
Семафорит: Поехали! С Богом, браток!

                         1997-2002

Гений есть сосредоточение мысли в известном направлении.

Припев.
Am                
Но блестят колючие,
Am/Ab                
И глядят насмешливо
Am/G              
Буднично пугливые
Am/F#      
Карие глаза.
Dm                          
Праздник не получится, -
Am
Отвечают вежливо. -
H7                      
Праздник отменяется, -
      E7
Повторят без зла.

И взлетает голубь мой
Птицей неприкаянной,
И зовёт, и крыльями
Бьётся о стекло.
Да видать, не слышен был
Крик души отчаянный,
А стекло узорами
Льда заволокло.

Припев.

Гений есть сосредоточение мысли в известном направлении.